Okapi
О проекте
Главная
Статьи
Видео
Грамотный юрист
Дело полковника: Туракулов vs Банов
Обратимся к показаниям главного и единственного (!) свидетеля обвинения по настоящему уголовному делу – узбека Хушнуда Туракулова, уже осужденного в 2012 году к пожизненному заключению за серию убийств молодых девушек в Москве. Итак, на счету молодого, но борзого для своих лет убийцы официально 6 жертв, сколько их было на самом деле, - возможно, никто никогда так и не узнает. Успешная предпринимательница Ольга Медведева, по словам Туракулова, стала его первой жертвой, но, по заявлениям таксиста-нелегала, была убита его подельниками, а сам он якобы играл вспомогательную роль и лишь обналичивал найденные при ней пластиковые карты. Вторая – медсестра с пустой сумкой Ботова, по признанию Туракулова, была убита сразу после встречи его с подельниками в ТЦ «Новые Черемушки». Но опять же: «Я спустился к метро и поехал, а кто убил из них двоих – не знаю, не спрашивал». Третью жертву – фотографа Гущину якобы снова убивал не Туракулов, но был наслышан об этом преступлении; официантку Индиру Камилову – якобы тот подвозил, но выходил убивать не сам – в это время «чинил машину»…

Теперь о выживших, среди которых две женщины – на одну напали на востоке столицы при выходе из продуктового магазина, ударив несколько раз ножом, вторую – с особой жестокостью и наслаждением резали и грабили в салоне автомобиля длительное время, а затем выбросили на подмосковных дачах в снег умирать. Но судьба распорядилась иначе – женщине удалось добраться до неравнодушных людей. Оба этих эпизода Туракулов подтверждает, но снова опосредованно: «Был за рулем той машины, не знал, не видел, не думал, что ее будут резать. Думал, что ограбим и отпустим»… Но суд его россказням не поверил и посчитал его виновным во всех эпизодах убийств и разбойных нападениях. А не верить было чему, ведь:

- на предварительном следствии по первому делу Туракулов признался в убийстве Камиловой, а в суде – отказался от своих показаний;
- в ходе следствия по убийству Медведевой он несколько раз менял показания, противореча сам себе и говоря, что им сначала «заказали» предпринимательницу и он не знает кто это, но обещали крупную сумму, чтобы припугнуть ее; потом – что он издалека видел заказчика и что тот в тот же день (после убийства, даже не удостоверившись в ее смерти) рассчитался с ними, при этом ни место расчета, ни точную сумму указать не мог. Потом Туракулов путался с суммами за убийство, якобы причитавшиеся им на троих – сначала из его уст звучало 2 100 000 рублей на всех, потом – 700 тысяч рублей каждому, вслед за этим ему, якобы, выделили 250 тысяч рублей, а позже в суде заявил, что и вовсе – 150 тысяч рублей, так как он много по делу не знал и был «на деле» впервые;
- увидев свидетеля обвинения Александра Банова по эпизоду с Медведевой впервые в суде, Туракулов быстро смекнул, что, возможно, «прокатит» спихнуть это убийство на него и находящихся тогда в федеральном розыске подельников: «чем плох мотив, ведь работали вместе, а у компаньонов всегда какие-то терки происходят», - рассуждал Туракулов. Тем более, его ложь обличить было некому: подельники в бегах, а родственники жертвы только рады будут переключиться с него на ненависть к старому другу семьи…И ему начали верить – сотрудники Следственного комитета, потому как никто более не считал и до сих пор не считает Банова – отставного полковника ГРУ заказчиком убийства своей компаньонки. А в СК, все знают, чем больше выслуживаешься перед начальством и чем больше дел «раскрываешь», тем чаще тебя начинают замечать, повышать в должности, «благодарить» и всячески уважать.
- Туракулов говорил, что Банов заказал убийство Медведевой, но при описании деталей похищения и ее убийства сказал, что ее не хотели убивать, но что-то пошло не так и «Умед убил ее». После убийство троица поехала прятать труп, а оттуда якобы прямиком отправилась к Банову на стоянку, который ждал их уже там с деньгами за убийство. Даже неюристу становится очевидно, что причинно-следственной связи – так же, как и логики, в этих показаниях Туракулова нет (нелестные отзывы напрашиваются в отношении того, кто эти слова пожизненно осужденного преступника возвел в ранг показаний – прим. авт.). Если Банов заказал убийство Медведевой, то ее нужно было убить (а не грабить, как это сделали Туракулов со товарищи – прим. авт.), а если «только припугнуть», то за какое деяние в итоге должен был заплатить Банов? За какой «заказ» и был ли «заказ» по логике вещей?

А дальше - все абсурдней становятся показания Туракулова и трезвее доводы следствия. Получается, что Туракулов совсем не тот забитый мальчик из самаркандской глубинки, приехавший искать лучшей доли в столице бывшего союзного государства, а хитрый и расчетливый делец – решивший подставить всех и каждого ради выгораживания себя любимого: где-то приуменьшая свою роль в каждом эпизоде преступления (конечно, по научению адвоката), где-то надеясь на полное снятие с себя вины (как в случае с Медведевой – переложив ее на беглых подельников Кодирова и Алиева, а также ее компаньона по фирме – Банова); а где-то и вовсе готовый принять на себя даже то, чего, по его словам даже не было (посулы следователей).

К слову сказать, ни жены, ни каких-то «старших» товарищей, завлекших его в криминальный бизнес, ни, тем более, сотрудников полиции, грозящих ему убийством родных и отнявших паспорт, так и не нашли. Как и не нашли подтверждения многим другим словам Туракулова. Как, например, до сих пор остается мифическим герой версии Туракулова – некий Умед Кодиров, якобы, тот самый, который непосредственно был знаком с Бановым, получал от него конверты с фото и инструкциями и деньги. Тот самый Умед, который и убивал Медведеву в салоне авто Туракулова…К слову Кодиров Умеджон до сих пор находится в розыске, но вопрос «был ли мальчик?» - становится риторическим и вот почему. В этом же деле уже фигурирует человек с точно таким же именем и фамилией – Кодиров Умеджон, дворник, нашедший труп Медведевой в мусорном баке на улице Обручева в Москве. Не у него ли живой ум Туракулова позаимствовал инициалы своего якобы главного подельника и злодея – Умеда Кодирова Второго? И еще одно обстоятельство, заслуживающее особого внимания: Туракулов заявил, что «мифическому» Умеду Кодирову Банов снова предложил убить человека по заказу, им якобы был муж Медведевой, который мешал Банову в его делах, так как проводил собственное расследование. Но впоследствии выяснилось, что ни Банов, ни Туракулов не могли знать о том, что Медведев сам проводит расследование убийства своей жены, а об этом следователям сообщила сама дочь Ольги – Алена Медведева. И, тем не менее, проверяя слова Туракулова, следствие пошло у него на поводу и назначило эксгумацию трупа бывшего мужа Медведевой – Петра, который, якобы, со слов Туракулова, был убит его подельниками уколом шприца с хлопковым маслом в позвоночник. Вуаля! Эта версия не подтвердилась, эксперты не нашли следов масла и уколов в теле Медведева. Получается, Туракулов мог узнать о Петре Медведеве лишь из двух источников – в ходе следствия, читая материалы дела, и со слов Алены Медведевой, дававшей показания по делу и выступавшей в суде…

В своей кассационной жалобе приговор себе он назвал «необоснованным, необъективным и незаконным», а наказание (пожизненное лишение свободы) – чрезмерно суровым. А, может, напомнить гостю столицы (а теперь уже российской тюрьмы), что за аналогичное преступление на его родине приговор не был бы таким же гуманным: Россия пожалела и выслушала, а Узбекистан привел бы в исполнение смертную казнь:

“В Узбекистане права человека являются сомнительным понятием. Крейг Мюррей, бывший посол Великобритании в Узбекистане, сообщил о массе ужасающих историй, которые он узнал за время своего пребывания в этой стране. Граждане, которые приходили к нему, в деталях рассказывали о пытках, не ограничивающихся изнасилованием и избиением. Мюррей также утверждает, что правительство Узбекистана буквально ошпаривает людей кипятком до смерти, используя это в качестве наказания (это заявление было подтверждено судебно-медицинской экспертизой)».

Так, может, на родине Туракулов бы ясней выражался и вспомнил, наконец, кто кого и когда убивал, а, главное, зачем? А то в новом деле против полковника Банова, показания Туракулова выглядят сплошь фантазией: он уже в четвертый раз (!) меняет свой рассказ, которые все, как один не только противоречат предыдущим, но и существенно рознятся с обстоятельствами, уже установленными Мосгорсудом в 2012 году и подкрепленные приговором в отношении него и членов его банды!

Теперь о различиях двух уголовных дел, которые может сейчас увидеть, наверное, только истинно просветленный и посвященный – ведь показания, обстоятельства и доказательства вины узбеков из уголовного дела 2012 года на 95% идентичны тем же доказательствам, но уже якобы вины Банова и Алиева, в новом деле – 2015 года. Как такое может быть, когда суд, по закону, не имеет права рассматривать дважды одно и то же дело (с теми же потерпевшими, с теми же обстоятельствами произошедшего и т.д. и т.п.)?! Среди кем-то постоянно корректируемой версии Туракулова о заказном характере убийства Медведевой, особняком стоят показания Алиева, который как утверждал, так и продолжает уверенно указывать на то, что Банова никогда в глаза не видел, что тот никаких денег и конвертов ему и подельникам не передавал и что он никогда не фигурировал в их разговорах и обсуждениях совершения новых преступлений.

На этом фоне тем более странно и неожиданно звучат вначале робкие, а потом превратившиеся в грязевой сель негативные отзывы и недобрые слова дочери и матери убитой Медведевой в отношении друга семьи и компаньона Ольги – Банова. Странно и неожиданно – потому что в первые годы после убийства матери Алену Медведеву и ее бабушку все устраивало: они ежемесячно получали хорошие дивиденды с работы совместной фирмы матери и Банова, отдельная жилплощадь в столице, никем не контролируемые расходы на жизнь и окончание обучения на коммерческой основе в престижном ВУЗе… Банов тогда для них был «светом в окне», «своим», не бросившим на произвол судьбы осиротевших женщин. Алена дружила с дочерью Банова, была на свадьбе у молодых уже после убийства матери. В общем и целом – ее все устраивало. Но все изменилось в одночасье, когда Банов, устав ждать вступление ее в наследство, сообщил ей о намерении подавать в суд (Ольга Медведева одолжила у Банова несколько миллионов рублей на покупку квартиры для дочери), так как добровольно погашать долг дочь не хотела, а лишь подгоняла Банова с ежемесячными платежами от фирмы для нее и бабушки.

Гражданское дело было недолгим и суд уже давно выдал исполнительный лист на взыскание суммы долга с Алены Медведевой, что привело последнюю в панику, сменившуюся на бешенство: в адрес «друга семьи» от внучки и бабушки посыпались неслыханные ругательства и отборные проклятия, и, наконец, ненависть, переросшая, на пике своей активности, в возбуждение уголовного дела в отношении Банова… Алена с бабушкой вдруг почувствовали крылья у себя за спиной, решив, что в смерти их любимого человека виноват Банов, и посчитавшие, по-видимому, что если тот отправится вслед за Туракуловым за решетку, то и одну из квартир им не придется в скором времени продавать в счет долга по исполнительному листу тому же Банову. Отсюда, думается, и театральная заплаканность Медведевой при виде сочувствующих журналистов и камер, и хищный оскал в зале суда, переросший в ее нападение на дочь Банова, пришедшую поддержать своего отца в непростой для него судный день; и возбужденные крики бабушки Медведевой – Волошенко о том, что по уголовному делу она ничего говорить не будет, «а про деньги – завсегда пожалуйста»…

Из расшифровки аудиозаписи с заседания Мосгорсуда 26 мая по апелляции прокуратуры на решение суда от 21 апреля о возвращении дела опять в прокуратуру. Заявления всех сторон были чисто техническими: "поддерживаю", "не поддерживаю", "отменить", "оставить в силе" и т.д. и т.п. И только лишь престарелая мать убитой Ольги Медведевой - Волошенко Альвина Яковлевна - была откровенна не по-юридически, а по-человечески, и даже немного эмоциональна. Не первый раз, надо заметить. И в 2012 году, и в 2015 году судьи не раз делали ей замечания во время слушаний - говорить по делу. По делу об убийстве. А не о гражданских требованиях. Убийца Хушнуд Туракулов (и его адвокат) оказался внимательным слушателем и не упустил свой шанс воспользоваться конфликтом между семьями учредителей фирмы и оговорил полковника Банова...
"Судья: Вы работаете/на пенсии?
- Нет, на пенсии.
Судья: И Вы у нас представляете также интересы Медведевой Алены?
- Да, потому что у нее сегодня много работы...
Судья: есть необходимость что-либо повторно исследовать (доказательства)?
- Я поддерживаю доводы прокурора.
Судья: Вам еще есть что сказать?
- Наше гражданское дело присоединили к уголовному делу. Вот Банов сказал, что он не работает. Но он предприниматель, у него была фирма наравне с моей дочерью. Дочь убили. Я не знаю кто, это дело - прерогатива суда, мы в это дело не вмешиваемся. Но у нас к нему гражданский иск. Я очень много писала писем в разные инстанции, в том числе и Президенту. Наше дело находится на контроле у Президента. Он ограбил внучку, присвоил себе прибыль и теперь говорит, что он .... Судья: Эмоции попрошу, Альвина Яковлевна! Вы сейчас согласны, чтобы суд вернул делов прокуратуру? - Конечно, я апелляционное представление прокурора поддерживаю. Мошенник должен сидеть.
Судья: Все понятно."

Деньги. Деньги. Из уст этих двух женщин журналисты только и слышат слово «деньги». Кажется, они затмили для них все: память зятя/отца, дочери/матери. Странно, но факт, сразу после похорон Медведевой, ее дочь Алена вместе со своим бывшим сожителем помчались проверять банковскую ячейку матери, в которой, по свидетельству близкой подруги Ольги, лежало более 1 миллиона рублей…Кстати, дальнейшая судьба «денег из ячейки матери» никому неизвестна, кроме Алены, но та молчит…Но это лирическое отступление, смотрим дальше.
В постановлении о возвращении уголовного дела следователю для производства дополнительного следствия от 30 января 2014 (!) года прокуратура Москвы практически начинает документ словами о том, что: «В соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 73 УПК РФ по уголовному делу, в том числе, подлежат доказыванию мотивы совершения преступления. Анализ собранных по делу доказательств в их совокупности свидетельствует о том, что мотив и цель совершения Алиевым А.А. и его соучастниками убийства Медведевой, следствием достоверно не установлены. При этом, достаточных мер для выяснения указанных обстоятельств не принято». А также «…информация о возможной причастности Банова А.Ю. к убийству Медведевой О.Г. в качестве организатора, озвучена Туракуловым Х.Т. лишь в ходе судебного рассмотрения уголовного дела №702502». Приводя все новые юридические ляпы и пробелы в фактах и обстоятельствах, постановление оканчивается на той же ноте, что и начиналось: «….в ходе предварительного следствия не установлена необходимая совокупность обстоятельств совершения преступления, подлежащих доказыванию в соответствии с ч. 1 ст. 73 УПК РФ». Но как она может быть установлена, если все эти «обстоятельства» - плод бурной фантазии Туракулова (или его невидимых помощников? – прим. авт.). И недаром после этого постановления о возвращении дела в СК, его уже на этапе передаче в суд «завернули» обратно: опять та с той же формулировкой…

Теперь уже нетрудно посмотреть на уголовное дело комплексно и объективно: один – полуграмотный (4 класса образования!), но от природы ушлый узбек готов выслуживаться перед «насяльниками», брать и говорить о себе и чужих все, что ему скажут, а другим это на руку – преследуя свои меркантильные интересы, они готовы посадить «далеко и надолго» друга семьи, не разобравшись в подробностях, лишь бы не сотрясать свою комфортную и сытую жизнь оплатой долга матери. А Банов…Банов – по-видимому, стал жертвой оговора, с одной стороны, и расчета – с другой.

P.S. Пока версталась статья, стало известно, что 21 апреля 2015 года Московский городской суд, согласившись с доводами защиты Банова, уже во второй раз вернул дело прокурору г. Москвы, указав в качестве препятствий к рассмотрению дела все ту же пресловутую фразу: «в обвинительном заключении содержатся несоответствия в описании фактических обстоятельств нападения на Медведеву, применительно к обвинению, предъявленному Алиеву и Банову»…26 мая 2015 года обжалование этого решения Мосгорсуда прокуратурой Москвы для следствия вновь закончилось неудачей - Президиум Мосгорсуда оставил предыдущее решение своих коллег в силе.


Тимур Воронов
<< <         > >>
             
             
             
             
             
             
Время закона
Время закона